Неточные совпадения
Случайно вас когда-то встретя,
В вас искру нежности заметя,
Я ей поверить
не посмел:
Привычке милой
не дал ходу;
Свою постылую свободу
Я потерять
не захотел.
Еще одно нас разлучило…
Несчастной жертвой Ленский пал…
Ото всего, что сердцу мило,
Тогда
я сердце оторвал;
Чужой для всех, ничем
не связан,
Я думал: вольность и покой
Замена счастью. Боже мой!
Как
я ошибся, как наказан…
— Моя цена! Мы, верно, как-нибудь
ошиблись или
не понимаем друг друга, позабыли, в чем состоит предмет.
Я полагаю с своей стороны, положа руку на сердце: по восьми гривен за душу, это самая красная цена!
Я старался понравиться княгине, шутил, заставлял ее несколько раз смеяться от души; княжне также
не раз хотелось похохотать, но она удерживалась, чтоб
не выйти из принятой роли: она находит, что томность к ней идет, — и, может быть,
не ошибается.
— Вы
ошибаетесь опять:
я вовсе
не гастроном: у
меня прескверный желудок. Но музыка после обеда усыпляет, а спать после обеда здорово: следовательно,
я люблю музыку в медицинском отношении. Вечером же она, напротив, слишком раздражает мои нервы:
мне делается или слишком грустно, или слишком весело. То и другое утомительно, когда нет положительной причины грустить или радоваться, и притом грусть в обществе смешна, а слишком большая веселость неприлична…
Я не хочу и
не должна
ошибиться в выборе.
— Нет, Родион Романыч,
не ошибаюсь. Черточку такую имею. Черточку-то эту
я и тогда ведь нашел-с; послал господь!
Что, если это мираж и
я во всем
ошибаюсь, по неопытности злюсь, подлой роли моей
не выдерживаю?
Я до того
не ошибаюсь, мерзкий, преступный вы человек, что именно помню, как по этому поводу
мне тотчас же тогда в голову вопрос пришел, именно в то время, как
я вас благодарил и руку вам жал.
Я, может быть,
не ошибусь, предполагая, что вам, кажется, того и хочется; извольте-с.
Ошибиться в счете
я тоже
не мог, потому что, за минуту перед вашим приходом, окончив все счеты,
я нашел итог верным.
— Лжете вы все! — вскричал он, —
я не знаю ваших целей, но вы все лжете… Давеча вы
не в этом смысле говорили, и
ошибиться нельзя
мне… Вы лжете!
Мне с самого начала следовало бы строго сказать вам: «Вы
ошиблись, перед вами
не тот, кого вы ждали, о ком мечтали.
Если
ошибусь, если правда, что
я буду плакать над своей ошибкой, по крайней мере,
я чувствую здесь (она приложила ладонь к сердцу), что
я не виновата в ней; значит, судьба
не хотела этого, Бог
не дал.
— Ну, хорошо;
я солгу ей, скажу, что ты живешь ее памятью, — заключил Штольц, — и ищешь строгой и серьезной цели. Ты заметь, что сама жизнь и труд есть цель жизни, а
не женщина: в этом вы
ошибались оба. Как она будет довольна!
— За гордость, — сказала она, —
я наказана,
я слишком понадеялась на свои силы — вот в чем
я ошиблась, а
не в том, чего ты боялся.
Не о первой молодости и красоте мечтала
я:
я думала, что
я оживлю тебя, что ты можешь еще жить для
меня, — а ты уж давно умер.
Я не предвидела этой ошибки, а все ждала, надеялась… и вот!.. — с трудом, со вздохом досказала она.
— Кто же иные? Скажи, ядовитая змея, уязви, ужаль:
я, что ли?
Ошибаешься. А если хочешь знать правду, так
я и тебя научил любить его и чуть
не довел до добра. Без
меня ты бы прошла мимо его,
не заметив.
Я дал тебе понять, что в нем есть и ума
не меньше других, только зарыт, задавлен он всякою дрянью и заснул в праздности. Хочешь,
я скажу тебе, отчего он тебе дорог, за что ты еще любишь его?
—
Я не поверила ему,
я думала, что сердце
не ошибается.
Видите,
я знаю, за что
я люблю вас, и
не боюсь ошибки:
я в вас
не ошибаюсь…
— Намерение мое при сем было то, чтобы сделать его чистосердечным;
я и
не ошибся.
Я. Мой друг, ты
ошибаешься, казенные крестьяне покупать
не могут своей братии.
Я знал, что живущие в ней солдаты содержали лодки, в которых, ездя по заливу, собирали булыжник на продажу для мостовых;
я и
не ошибся в моей надежде.
Анна Андреевна. Но позвольте,
я еще
не понимаю вполне значения слов. Если
не ошибаюсь, вы делаете декларацию насчет моей дочери?
— Позвольте вам доложить, Петр Александрыч, что как вам будет угодно, а в Совет к сроку заплатить нельзя. Вы изволите говорить, — продолжал он с расстановкой, — что должны получиться деньги с залогов, с мельницы и с сена… (Высчитывая эти статьи, он кинул их на кости.) Так
я боюсь, как бы нам
не ошибиться в расчетах, — прибавил он, помолчав немного и глубокомысленно взглянув на папа.
Я имел самые странные понятия о красоте — даже Карла Иваныча считал первым красавцем в мире; но очень хорошо знал, что
я нехорош собою, и в этом нисколько
не ошибался; поэтому каждый намек на мою наружность больно оскорблял
меня.
— Нет, вы
не ошиблись, — сказала она медленно, отчаянно взглянув на его холодное лицо. — Вы
не ошиблись.
Я была и
не могу
не быть в отчаянии.
Я слушаю вас и думаю о нем.
Я люблю его,
я его любовница,
я не могу переносить,
я боюсь,
я ненавижу вас… Делайте со
мной что хотите.
— Она так жалка, бедняжка, так жалка, а ты
не чувствуешь, что ей больно от всякого намека на то, что причиной. Ах! так
ошибаться в людях! — сказала княгиня, и по перемене ее тона Долли и князь поняли, что она говорила о Вронском. —
Я не понимаю, как нет законов против таких гадких, неблагородных людей.
—
Не думаю, опять улыбаясь, сказал Серпуховской. —
Не скажу, чтобы
не стоило жить без этого, но было бы скучно. Разумеется,
я, может быть,
ошибаюсь, но
мне кажется, что
я имею некоторые способности к той сфере деятельности, которую
я избрал, и что в моих руках власть, какая бы она ни была, если будет, то будет лучше, чем в руках многих
мне известных, — с сияющим сознанием успеха сказал Серпуховской. — И потому, чем ближе к этому, тем
я больше доволен.
— Анна, ради Бога
не говори так, — сказал он кротко. — Может быть,
я ошибаюсь, но поверь, что то, что
я говорю,
я говорю столько же за себя, как и за тебя.
Я муж твой и люблю тебя.
— Вот уж в этом вы
ошибаетесь;
я не знала этого, хотя и догадывалась.
«А может быть,
я ошибаюсь, может быть, этого
не было?» И она опять вспоминала всё, что она видела.
—
Я не понимаю, как они могут так грубо
ошибаться. Христос уже имеет свое определенное воплощение в искусстве великих стариков. Стало быть, если они хотят изображать
не Бога, а революционера или мудреца, то пусть из истории берут Сократа, Франклина, Шарлоту Корде, но только
не Христа. Они берут то самое лицо, которое нельзя брать для искусства, а потом…
— То, что
я тысячу раз говорил и
не могу
не думать… то, что
я не стою тебя. Ты
не могла согласиться выйти за
меня замуж. Ты подумай. Ты
ошиблась. Ты подумай хорошенько. Ты
не можешь любить
меня… Если… лучше скажи, — говорил он,
не глядя на нее. —
Я буду несчастлив. Пускай все говорят, что̀ хотят; всё лучше, чем несчастье… Всё лучше теперь, пока есть время…
«
Я ошибся, связав свою жизнь с нею; но в ошибке моей нет ничего дурного, и потому
я не могу быть несчастлив.
— А чтобы
не ошибиться, если ты занеможешь и
мне тебя лечить придется.
— Вот видите ли, — продолжала Анна Сергеевна, — мы с вами
ошиблись; мы оба уже
не первой молодости, особенно
я; мы пожили, устали; мы оба, — к чему церемониться? — умны: сначала мы заинтересовали друг друга, любопытство было возбуждено… а потом…
Я вам также забыл сказать, что в течение первого года после моего брака
я от скуки попытался было пуститься в литературу и даже послал статейку в журнал, если
не ошибаюсь, повесть; но через несколько времени получил от редактора учтивое письмо, в котором, между прочим, было сказано, что
мне в уме невозможно отказать, но в таланте должно, а что в литературе только талант и нужен.
«Вы
ошибаетесь,
я не здешняя хозяйка, а ее родственница…
Я не мог себе дать отчета, почему в этот раз
я, сначала
не разделявший подозрений Филофея, вдруг получил убеждение, что следом за нами ехали точно недобрые люди… Ничего нового
не услыхал
я: те же бубенцы, тот же стук ненагруженной телеги, то же посвистывание, тот же смутный гам… Но
я теперь уже
не сомневался. Филофей
не мог
ошибиться!
Он
не договорил своей речи и махнул рукой.
Я начал уверять его, что он
ошибается, что
я очень рад нашей встрече и проч., а потом заметил, что для управления именьем, кажется,
не нужно слишком сильного образования.
В этом человеке было много загадочного; казалось, какие-то громадные силы угрюмо покоились в нем, как бы зная, что раз поднявшись, что сорвавшись раз на волю, они должны разрушить и себя и все, до чего ни коснутся; и
я жестоко
ошибаюсь, если в жизни этого человека
не случилось уже подобного взрыва, если он, наученный опытом и едва спасшись от гибели, неумолимо
не держал теперь самого себя в ежовых рукавицах.
— Позвольте… Первый раз
я ее встретил, кажется… лет десять тому назад. Она была тогда с «народоправцами», если
не ошибаюсь.
— Это, брат, ты врешь, — возразил Иван, как будто трезвея. —
Ошибаешься, — поправил он. — Все понимают, что им надо понять. Тараканы, мыши… мухи понимают, собаки, коровы. Люди — все понимают. Дай
мне выпить чего-нибудь, — попросил он, но, видя, что хозяин
не спешит удовлетворить его просьбу, —
не повторил ее, продолжая...
— Далее: дело по иску родственников купца Потапова, осужденного на поселение за принадлежность к секте хлыстов. Имущество осужденного конфисковано частично в пользу казны. Право на него моей почтенной доверительницы недостаточно обосновано, но она обещала представить еще один документ. Здесь,
мне кажется, доверительница заинтересована
не имущественно, а, так сказать, гуманитарно, и, если
не ошибаюсь, цель ее — добиться пересмотра дела. Впрочем, вы сами увидите…
—
Я все
ошибаюсь. Вот и ты
не такой, как
я привыкла думать…
— О нет, вы —
ошибаетесь! — весело воскликнул Турчанинов. — Это была
не девушка для радости, а студентка Сорбонны, дочь весьма почтенных буржуа, —
я потом познакомился с ее братом, офицером.
«
Не ошибся же
я, — он был пьян за пять минут перед этой».
Вспомнилось, как однажды у Прейса Тагильский холодно и жестко говорил о государстве как органе угнетения личности, а когда Прейс докторально сказал ему: «Вы шаржируете» — он ответил небрежно: «Это история шаржирует». Стратонов сказал: «Ирония ваша — ирония нигилиста». Так же небрежно Тагильский ответил и ему: «
Ошибаетесь,
я не иронизирую. Однако нахожу, что человек со вкусом к жизни
не может прожевать действительность,
не сдобрив ее солью и перцем иронии. Учит — скепсис, а оптимизм воспитывает дураков».
Генерал глядел на
меня пристально, полагая, вероятно, что
я с ума сошел (в чем почти и
не ошибался).
— Бедный Пантен! — сказал капитан,
не зная, сердиться или смеяться. — Ваша догадка остроумна, но лишена всякой основы. Идите спать. Даю вам слово, что вы
ошибаетесь.
Я делаю то, что сказал.
Утро чудесное, море синее, как в тропиках, прозрачное; тепло, хотя
не так, как в тропиках, но, однако ж, так, что в байковом пальто сносно ходить по палубе. Мы шли все в виду берега. В полдень оставалось миль десять до места; все вышли, и
я тоже, наверх смотреть, как будем входить в какую-то бухту, наше временное пристанище. Главное только усмотреть вход, а в бухте
ошибиться нельзя: промеры показаны.